Хорошо быть циником, еще лучше быть кошкой, а лучше всего — не существовать вовсе. Самоуничтожение — наиболее логичная штука в мире, мы боимся смерти исключительно из-за своей примитивной трусости перед тьмой и неизвестностью. Будь мы разумнее, мы бы стремились к смерти — той блаженной пустоте, которой мы наслаждались до того, как начали существовать.
Говард Филлипс Лавкрафт

У людей есть одна на всех особенность, которая не перестает удивлять: отчего-то микроскопическая песчинка под названием «я — человек», в коротком мгновении ее микроскопической жизни в унисон с ее микроскопическим социумом с его микроскопическими перцепциями, нормами и заблуждениями, с космической уверенностью точно знает, что все остальные песчинки на свете должны прожить свои жизни точно, как и она, не отклоняясь ни на йоту от её траектории, то же чувствовать и так же поступать.

Согласно статистике, около 80% вьетнамцев — атеисты. Остальные 20% — это католики, буддисты, конфуцианцы и прочие. Однако это популярное заблуждение. Большая часть вьетнамцев далеко не атеисты, то есть не верующие ни в какого известного нам бога, а те, кто практикует культ предков.

По всей стране можно увидеть небольшие алтари как у дорог, домов, так и внутри домов, обычно с толстым, смеющимся Буддой, свечами, искусственными деньгами, фруктами и другими продуктами питания. (Один раз я чуть не попросил взвесить мне глаз дракона, прихватив его с такого алтаря, и только уже почти открыв рот, уяснил, что это не фруктовый развал, а место поминовения духам и предкам.)

Культ предков — это память о предках, вера в то, что с ними всеми случилось перерождение, они вышли на новый уровень, ведущий их к просветлению и нирване, конечной стадии гармонии и просветления во многих философских течениях и учениях Востока.

Читайте также  Чем примечателен штат Колорадо? Путешествие на четыре дня. Часть 4

А похороны во Вьетнаме выглядят примерно так: довольно шумное и красочное шествие с веселыми людьми, сигналящими автомобилями, украшенными цветами, венками и драконами. На лицах не скорбь и слезы, а улыбки, умиротворение, оживленные перешептывания. Со стороны вьетнамские похороны можно принять за свадьбу.

Подобные веселые проводы в последний путь есть не только у вьетнамцев, но и у многих других народов Азии, Океании, Африки и Северной Америки. Объединяет их все одно: смерть — это не скорбный конец, а долгожданный переход на новый уровень и вполне себе радостное событие для покойника, за которого стоит порадоваться, а не оплакивать его уход, думая о том, как ты будешь без него, как это у нас.

Примечательно, что у нас на похоронах принято исключительно скорбеть и в обязательном порядке соблюдать частично языческие, частично христианские, частично просто местные обряды. Сначала похоронить человека, как правило, умывшись слезами (еще совсем недавно на наши похороны, как это было модно в Европе, приглашали за плату специальных профессиональных плакальщиков), стать там, в гроб положить это, в церкви заказать службу. Накрыть стол, обязательно с колбасой и водкой, соблюсти девять дней, сорок… Одним словом, традиция, которую обязательно нужно соблюсти. На похоронах во Вьетнаме
Фото: Depositphotos

Признаться, традиции диких азиатов мне нравятся больше. Они дают надежду. И нравится то, что трагическому концу человеческой жизни есть оптимистичные, веселые и, что важнее, логические альтернативы.

Смерть — это ключ, открывающий двери к истинному счастью.
Вольфганг Амадей Моцарт